Феофан затворник. Два святителя Тихон Задонский и Феофан Затворник

Паломнические поездки.

Диакон – помощник священника (С.П.П., 1886)
О диаконах (Н.Заозерский, 1892)
К вопросу о диаконах (Протоиерей Алексий Щукин, 1893)
О диаконах (С.Д. Муретов, 1893)
Диаконы Русской Церкви пред революцией (Протопресвитер Г.Шавельский, 1935)
Диаконы Православного Востока (Архимандрит Лев (Жилле), 1955)
О семи диаконах (Протопресвитер Георгий Граббе, 1962)
Диаконат в Православной Церкви (Священник Георгий Ходр, 1963)
Проблема диаконата в Православной Церкви (Протоиерей Георгий Флоровский, 1968)
К вопросу происхождения диаконата (Архимандрит Кирилл (Гундяев), 1973)
Рукоположение во диакона (Митрополит Антоний (Блум), б/д)
Богослужебное облачение диакона ("Настольная книга священнослужителя", 1983, б/а)
Диаконат Восточной Православной Церкви (Анастасий Д. Салапатас, 1992)
Диаконат в посланиях Игнатия (Анастасий Д. Салапатас, 1999)
Чин погребения диаконов (Протоиерей Николай Балашов, 2001)
Мирянин в священном сане (Диакон Павел Сержантов, 2005)
История чинопоследования хиротонии во диакона (Иеродиакон Николай (Летуновский), 2008)
Библиотека Диаконат (История, богословие, публицистика) О семи диаконах (Протопресвитер Георгий Граббе, 1962)
Печать

О СЕМИ ДИАКОНАХ

(Деяния, 6:2–7)

Протопресвитер Георгий Граббе (†1995)
«Русская жизнь», 23.06.1962.

Протопресвитер Георгий ГраббеНеуважительный иронический тон в отношении меня М. Любимова в его заметке о Приходском Уставе, напечатанной в «Русской жизни» 9 июня сего года, как будто освобождает меня от необходимости отвечать ему. К тому же, ответом на его заметку могла в значительной степени служить моя статья, напечатанная в «Русской жизни» 12 июня под названием «Иерархичность или демократия в Церкви».

Однако, смелая ссылка г-на Любимова на книгу Деяний Апостолов, сопровожденная не менее смелыми толкованием его, располагающим читателей увидеть в избрании семи диаконов свидетельство демократического управления в Церкви, заставляет меня объяснить этот вопрос с демократической точки зрения.

После революции на Всероссийском Соборе сторонники демократии приводили много разных несостоятельных доводов в пользу демократического устройства Церкви, но мне неизвестно, чтобы кто-либо из них счел возможным пользоваться тем, который привел г-н Любимов. Таким образом, об избрании диаконов при Апостолах, как о некоем доводе против иерархичности в Церкви, умолчал не только я один, но умолчали и ученые враги ее.

Чем же можно это объяснить? Очевидно, тем, что последние были достаточно богословски образованны, чтобы понимать, насколько приведенный г. Любимовым священный текст не имеет силы для защиты демократической точки зрения. Только в прошлом году этот текст, при отсутствии всякого благовидного основания для оправдания советской реформы, совершенно отстранившей священников от руководства в хозяйственной жизни приходов, был очень некстати приведен в Москве. Не из журнала ли Московской Патриархии почерпнул свой неудачный аргумент г. Любимов?

Впрочем, некомпетентные толкователи Св. Писания часто делают ошибочные «открытия», выхватывая отдельные фразы и не согласуя их с содержанием Слова Божия. В данном случае г. Любимов не заметил весьма существенных слов даже в самом приводимом тексте. В 3 стихе 6-ой главы кн. Деяний Апостолов мы читаем: «Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святого Духа и мудрости, их поставим на эту службу».

Обратим внимание на следующие слова: вы, говорят Апостолы, выберите, а мы поставим. По-гречески это выражено словом «катастисомен» (καταστήσομεν), означающим: «которых мы можем поставить».

Итак, народу было предоставлено только избрание кандидатов, а назначение их Апостолы оставили за собой. Иначе говоря, они могли поставить избранных и могли их не поставить, если бы нашли, что народ избрал людей, не «исполненных Святого Духа и мудрости». Выражаясь по-современному, Апостолы сохраняли за собой право «вето».

Далее г. Любимов упустил один стих, завершающий все повествование об избрании диаконов: «Их (избранных) поставили перед Апостолами; и сии, помолившись, возложили на них руки» (Деяния 6, 6). Таким образом, избранные народом кандидаты, одобренные Апостолами, получили от них назначение на должность в акте возложения рук. Членов же Приходского Совета епископы не рукополагают, а только утверждают в должности.

Но, кроме того, нельзя сравнивать должность первых диаконов с существующими ныне в Церкви чинами, ибо в то время не были еще развиты разные чины церковного служения. В 16-м правиле VI Вселенского Собора приводятся об этом слова св. Иоанна Златоуста: «Но должно ведати, какое достоинство имели сии мужи, и какое прияли рукоположение; в степень ли диаконов; но оных не было в церквах; в должность ли пресвитера; но еще не было никакого епископа, а токмо были одни апостолы».

Итак, должность первых диаконов столь же своеобразна, как неповторимы все условия жизни членов первохристианской Иерусалимской общины, когда «не было между ними никого нуждающегося, ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного, и полагали к ногам Апостолов; и каждому давалось в чем кто имел нужду» (Деяния 4, 34–35).

Когда же Церковь стала разрастаться, тогда стала развиваться и церковная иерархия. Уже ученик Апостолов, поставленный Апостолом Петром во Епископа Антиохии Св. Игнатий Богоносец, различает епископов, пресвитеров и диаконов, которые уже явно признаются членами клира. В послании к Траллийцам он писал: «Посему необходимо, как вы и поступаете, ничего не делать без епископа. Повинуйтесь также и пресвитеру, как Апостолам Иисуса Христа – надежды нашей, в которой дай Бог жить нам. И диаконам, служителям таинств Иисуса Христа, все должны всячески угождать, ибо они не служители яств и питий, но слуги Церкви Божией»…

Все памятники церковной письменности, начиная с древнейших, как например, Апостольские Постановления, Апостольский Правила и т.п., уже определенно указывают на высшую власть епископа во всех делах его епархии, как в отношении пастырства и учительства, так и в отношении церковного хозяйства. Постановления Всероссийского Собора и Зарубежной Церкви ясно формулируют, как надо применять этот принцип в сотрудничестве с церковным народом в современных условиях. Да и одного из семи диаконов книга Деяний Апостолов в другом месте отмечает не как занимающегося хозяйством, а как «благовестника».

Итак, я не привел в своем ответе Н.М. Неклюдову текст из 6-й главы кн. Деяний не случайно, а намеренно вследствие того, что этот текст не имеет прямого отношения к обсуждаемому в наших статьях вопросу. И напрасно г-н Любимов старался тут иронизировать на мой счет.

Само собой разумеется, что для епископа и священника важнее всего «пребывать в молитве и служении слова», но, как видим, им приходится нести и другие заботы, ибо различно может быть настроение, в котором ведется церковное хозяйство. Находясь вне контроля иерархии, оно легко приобретает важное место в жизни прихода, отстраняя богослужебную часть на второй план, а на первый ставя материальный успех.

О том же, что пишет католический монсеньор касательно авторитета своего духовенства, говорить не буду: для нас это не имеет значения. Я коснулся осуществления прав католических епископов в Америке только для иллюстрации того, что нет основания ссылаться на американский закон, как на якобы препятствующий сохранить нам свой православный строй церковного управления и взамен его навязывающий-де нам демократию. Не надо преуменьшать существующую в Соединенных Штатах свободу.

И еще один совет г-ну Любимову: если он хочет упражняться в полемике, то ему надо прежде всего научиться понимать аргументацию другой стороны, ибо ирония не может заменить ответа по существу трактуемого вопроса. Вообще же, лучше не касаться богословских вопросов тем, кто их не изучал и к ним не подготовлен.